Дмитрий Урбанович , фото автора
Во-первых, всех с прошедшим Первым Мая!
Во-вторых и в-главных, наверное. Всё не поворачивается язык называть этот день и уже точно никогда не повернётся именовать его так, как он числится на данный момент в официальном госреестре праздников – "Праздник Весны и Труда". Как раньше с трудом (простите за невольный каламбур) поворачивался произнести прежнее его официальное название – "День международной солидарности трудящихся" – в нормальных, обычных разговорах с друзьями, родными и знакомыми.
При этом и тогда праздничное настроение, прошу заметить особо, никто ведь не отменял! Говорили просто: "Первомай" или "Первое мая". И всё ясно! Кто из нормальных людей всерьёз при этом задумывался о международной солидарности – да никто.
Когда было покончено с Советским Союзом, а заодно и с размытой к тому времени донельзя "солидарностью трудящихся", новые власти решили привести старые символы в соответствие с новыми условиями. В 1992 году день был переименован в "Праздник Весны и Труда". И в общем-то тоже довольно малоудачно. Я имею в виду исключительно вторую половину названия.
С одной стороны, 150-миллионное население так просто за здорово живёшь отлучать от словесной традиции верхам не хотелось бы. С другой, ну давайте обратимся к истокам: что вот это такое "праздновать труд"? Тем более, что и день оставался абсолютно нерабочим. То есть логики никакой.
…И тут вы, наверное, уже давно спрашиваете: "Ну и чего ты до названия-то докопался, противный автор? В нём ли разве дело?!"
Не скажите! Название – это имя, название – это слово, то есть сама суть. Если совсем упрощённо: "Как вы лодку назовёте, так она и поплывёт". Как плывёт – сами видите.
С Весной-то, любезный мой читатель, у нас точно всё в порядке: и было, и есть и будет.
А как у вас насчёт Труда? Празднично вам и на душе, и на рабочем месте, и в кармане, и в уверенности относительно наличия его в завтрашнем дне?
…И всё-таки оставим, в конце концов, названия и вернёмся к главному слову. И словом этим, вне всяких сомнений, будет "Весна!" Несколько тысяч оренбуржцев, захотевших пройтись колонной от площади Атриума до Беловки, это вам решительно подтвердят. И, да не рассердятся на меня сильно профсоюзы, официальные организаторы этого шествия, если что в весёлой колонне, топающей к берегу Урала, и было несоответствующего общему настроению, то это как раз их лозунги через мегафон: "Профсоюзы за достойную…" – "…работу!", – сообщала первая шеренга. "Профсоюзы за достойную…" – "…зарплату!", – объявляла снова шеренга. "Профсоюзы за достойную…" – "…жизнь!".
Лучше бы они не кричали этот набор слов раз в год на демонстрации, а поглубже вторгались в эту самую жизнь. Что там у нас с работой на оренбургском силикатном заводе? С зарплатой на "Гидропрессе"? С жизнью у земляков-дальнобойщиков? Какую помощь, кроме звонкого мегафона, бодрые профсоюзы им оказали? Не слышу… Да чего там, не будем, в праздник-то.
А вот на Беловке единая колонна существенно разделилась. Головная часть, следующая, как всегда, за идущим впереди по умолчанию руководством и начальством, свернула налево, к специально отстроенной перед музеем трибуне, где и начался митинг. А оставшиеся три четверти – эх, всё равно ничего не слышно, да и не поместятся напротив бывшего губернаторского дома все тщательно собранные 5000 горожан – немного побродив у памятника Чкалову и отыскав каждый свою компанию, стали спускаться вниз к Уралу. Здесь же на клеёнках и газетах раскладывая припасённый заранее съестной запас, и приступила к собственно празднованию.
Празднованию такой долгожданной Весны!