Приятели Матвея Бегезы, который застрелил возле ночного заведения в центре Благовещенска Максима Мараева, давали ложные показания. Так, один из друзей в суде утверждал, что Мараев демонстрировал пистолет и даже угрожал убийством Бегезе. Второй - заявил, что после выстрелов из здания развлекательного заведения вышли двое парней. Они обсуждали, что надо спрятать оружие до приезда полиции.
Все эти показания были признаны недостоверными, искажающими факты и данными с целью помочь убийце. Таким образом, молодой человек 1996 года рождения и мужчина 1984 года рождения мешали установлению истины и препятствовали правосудию. Им были предъявлены обвинения по ч. 1 ст. 307 УК РФ "Заведомо ложные показания свидетеля в суде".
"В ходе предварительного следствия, обвиняемые не признали свою вину и отказались давать показания, однако следствие считает, что собрана достаточная доказательственная база для предъявления им обвинения в инкриминируемых деяниях, в связи с чем названные уголовные дела направлены прокурору для решения вопроса об утверждении обвинительного заключения и последующей передачи дел в суд для рассмотрения по существу", - сообщается на сайте следственного управления СКР по Амурской области.
Напомним, убийце военнослужащего Максима Мараева в Благовещенском городском суде вынесли приговор 14 сентября 2017 года. Судья приговорил Матвея Бегезу к 13 годам лишения свободы.
Громкое убийство произошло в ноябре 2016 года возле ночного клуба на пересечении улиц Шевченко и Ленина. Максим Мараев вступился за девушку, а ее обидчик в ответ достал из машины ружье и несколько раз выстрелил. Максим от полученных ранений скончался в больнице.
На убийцу завели уголовное дело. Затем к ответственности привлекли и его друга, хозяина "Сайги" . Расследование уголовного дела завершилось в июне , в суд было передано в июле 2017 года .
В начале августа вступил в силу приговор в отношении хозяина "Сайги", из которой был застрелен Максим. Молодой человек был приговорен к шести месяцам исправительных работ с удержанием части заработной платы в доход государства. Его судили по части первой статьи 224 "Небрежное хранение огнестрельного оружия, создавшее условия для его использования другим лицом, если это повлекло смерть человека или иные тяжкие последствия".