Без отдыха им можно работать не больше 15 минут. Издержки их профессии - болезни суставов и обмороки. Это о сурдопереводчиках. Для потерявших слух, сурдопереводчики - доступ к информации, зачастую жизненно важной. В Ханты-Мансийске на зимних Сурдлимпийских играх трудятся почти 100 человек, владеющих жестовым языком.
В жизни она любит яркие краски, но студийная одежда только в темных тонах. И никаких украшений, браслетов и колец. Такой сурдопереводчика Гульмиру Айдосову ежедневно видят на телеканале "Югра" югорские зрители. Выпуски новостей с сурдопереводом в истории округа выходят в эфир впервые.
Гульмира Айдосова, сурдпереводчик, г.Москва: "Руки, которые передают информацию, если мы будем говорить на ярком фоне, будут сливаться. Если на темном фоне, то это хорошо читается. И должна быть хорошая жестикуляция, чтобы понимали люди, что я говорю - вот самое главное требование".
Гульмира, как и многие сурдопереводчики, из семьи, в которой есть глухие родственники.
Язык жестов начала изучать 20 лет назад, когда ее племянница потеряла слух. Закончила курсы жестового языка, и сейчас работает в центре олимпийской подготовки в Москве. Трудилась на Сурдлимпийских играх в Болгарии, а теперь и в Ханты-Мансийске.
Гульмира Айдосова, сурдпереводчик, г.Москва: "Самое главное в нашей профессии - это то, что нужно полюбить, открыться, принять".
Клирик Московского храма Тихвинской иконы Божьей Матери иерей Евгений - тоже сурдопереводчик-самоучка. Язык жестов выучил, когда учился в Томске в духовной семинарии. Там же начал проводить богослужения с сурдопереводом. Теперь такой молебен провели и в Югре, впервые. Но до конца Сурдлимпиады в молельной комнате главного храма Ханты-Мансийска по просьбе спортсменов службы с сурдопереводом проходят ежедневно.
Иерей Евгений, клирик храма Тихвинской иконы Божьей Матери, г. Москва: "Перевод ничем не отличается от перевода на английский, но воспринимается необычно. Потому что ранее такие молебны никогда не совершались даже в дореволюционной России. Такого понятия не было".
В Ханты-Мансийске на Сурдлимпийских играх трудятся около 100 переводчиков с жестового языка. Все они волонтеры, и за свою работу здесь не получают ни копейки. На каждой спортивной площадке есть команда сурдопереводчиков. За помощью к ним может обратиться любой - зритель, журналист, спортсмен.
Ханна Рейсман, журналист (Канада): "Очень важно, что Сурдлимпиада проводится в Ханты-Мансийске, и что здесь есть нормальные переводчики с жестового языка. Глухим людям нужен доступ к информации и общению. Тогда они будут чувствовать себя равными".
Но то, что поймет русский, не поймет иностранец. В каждой стране - свой жестовый язык. Русский глухой не поймет японца или канадца.
Лиана Черпасова, волонтер, г. Нягань: "У них непонятны некоторые жесты. К примеру, слово туалет. С ними общаемся только на жестах".
Чтобы спортсмены всех стран понимали друг друга, на Сурдлимпиаде работают переводчики, которые владеют международным языком жестов. Он интернационален и понятен всем. Правда, таких знатоков в России единицы. Лидия Свеженцева - одна из них. Приехала в Ханты-Мансийск из Белгорода.
Лидия Свеженцева, сурдпереводчик, г. Белгород: "Я выросла в семье глухих, и там больше жестов на бытовом уровне. Меня отправляли на повышение квалификации, изучала более углубленно, выезжали за границу, посещали курсы по международному языку. Поэтому и понимаю".
Издержки их профессии - болезни суставов и обмороки. После 15 минут непрерывной работы переводчик даже может потерять сознание, а риск получить травму кисти на 20 процентов выше, чем у представителей других профессий. И всё потому, что работа в движении, руки постоянно подняты. А еще это непрерывный умственный труд. Услышать фразу, прокрутить ее в голове, перевести, верно подобрать синонимы. И все это за несколько секунд.
Валентина Гаврилова, сурдпереводчик, г. Ижевск: "Постоянно работают руки, устает позвоночник. 15 минут перевода, и уже человек устает, ведь это не просто прямой перевод - это переводчик прокручивает в голове, как бы доступней показать жест, подходящий под это слова".

0.00
-0.01

