Золотых дел мастер

На протяжении многих веков искусство золотых дел мастеров принято считать эталоном филигранности. Недаром искусный труд людей разных профессий называют ювелирной работой. О том, как он за полгода научился этому тонкому ремеслу и кардинально поменял свою жизнь, рассказал ювелир Александр Анатольевич Кузнецов.

Эскиз цели

Работая экспедитором на заводе, Александр Кузнецов как-то раз зашел починить цепочку в ювелирную мастерскую. Ремонтник неаккуратно запаял звенья, поэтому клиенту пришлось вернуться и попросить мастера переделать. Мужчины разговорились, и ювелир рассказал Александру, что обучался ремеслу в "Рембыттехнике". Кузнецов в то время как раз искал новую работу. Он всю жизнь трудился на картонно-рубероидном заводе, но, переехав в Рязань из Казахстана, не смог устроиться по специальности, а работа экспедитором его не устраивала.

Пятьсот долларов в кармане было у Александра Анатольевича Кузнецова, когда он приехал на вокзал "Рязань-1" из города Павлодара в 1998  году. На следующий день курс доллара повысился с 6 до 37 рублей, и на оставшиеся после аренды квартиры 300 долларов Кузнецов мог прожить еще полгода, поэтому имел возможность посвятить полгода освоению новой профессии. Так в 35 лет Александр Кузнецов стал обучаться ювелирному делу.

Формовка навыков

– Смотреть, как горит огонь и работает другой человек, можно бесконечно, поэтому бери напильник и начинай работать,  – сказал начальник цеха начинающему ювелиру Кузнецову и поручил изготовить обручальное кольцо. Александр Анатольевич посвятил этой работе три дня (сейчас он выполняет ее за 15 минут). Самым сложным было перебороть страх испортить изделие. А когда Александр Анатольевич преодолел этот барьер и сделал первое кольцо, освоение ремесла стало продвигаться как по маслу.

Обучившись ремеслу, он остался работать в "Рембыттехнике", через год стал директором ювелирного цеха, а вскоре понял, что в силах создать свое дело, и, закупив оборудование, в 2003  году открыл собственную мастерскую по ремонту и изготовлению ювелирных изделий.

Шихтовка своего дела

Сначала в цехе Кузнецова работало несколько человек. Он сам набирал учеников и обучал ювелирному делу. Но с наступлением финансового кризиса прибыль уменьшилась, и от помощников пришлось отказаться. Сейчас Александр Анатольевич сам и заказы принимает, и работает в мастерской. Таких универсалов, как он, осталось немного в городе. Опытные ювелиры скупо делятся знаниями с учениками. Часто они обучают новичков только узкому направлению: один занимается литьем, другой  – вставкой камней, третий  – полировкой, и так далее.

Хотя одних знаний и профессиональных навыков недостаточно, чтобы стать ювелиром. Большую роль в профессии играют качества характера.

– Раньше я был энергичным, взрывным человеком, мог завестись с пол-оборота, а теперь стал спокойным и умиротворенным. Так получилось, что я поменял работу, а работа поменяла меня,  – говорит мастер.

Без терпения и усидчивости в ремесле не обойтись. Кузнецов работает в мастерской ежедневно с 8 утра до 11 ночи. Порой ювелиру приносят трудные заказы, которые не получаются с первого раза. Обычно они связаны с ремонтом, так как переделать намного проще, чем исправить. Но заново изготавливать изделие выходит дороже клиенту, да и сам Александр Анатольевич любит бросать себе сложные вызовы. Однажды к нему в мастерскую принесли "трехэтажную" серьгу, раздавленную в лепешку. Сложно было представить, что когда-то этот золотой "блин" был украшением.

– Мне стало интересно, смогу ли я справиться с такой сложной задачей, поэтому взялся за работу. Сначала вытащил камни, а затем постепенно, глядя на уцелевший экземпляр серьги, поднимал и расправлял металл. В итоге сережка получилась как новенькая,  – рассказывает мастер.  – Клиентка была очень рада, когда я ей вернул любимое украшение целым и невредимым. Она словно увидела маленькое чудо. За это я и люблю свою работу: за невероятный результат и общение с людьми.

Комплектация процесса

В офисе Александра Анатольевича стоит бормашина, "буратино" для растяжки колец, вальцы для их проката, полировочная машина с ультразвуковой мойкой, микроскоп, весы и много подручных инструментов. Это только три процента всех приспособлений Кузнецова, остальные находятся в личной мастерской и занимают площадь в 30 квадратных метров. Там он проводит основную работу, а в офисе только принимает заказы и выполняет небольшой ремонт.

Клиентов у Александра Анатольевича немало. Желающим изготовить ювелирное изделие мастер предоставляет специальные каталоги. В них представлено более трех тысяч видов украшений. Заказчик выбирает понравившийся ему вариант и предоставляет лом, из которого будет делаться украшение: порванные цепочки, старые сережки, старые драгоценности, в которые хочется вновь вдохнуть жизнь.

В среднем заказ Кузнецов выполняет за месяц. В Москве он закупает партию восковых моделей, выбранных клиентами из каталога. А вернувшись в мастерскую, занимается изготовлением. Процесс выглядит так: расплавленный металл заливается в восковую форму, в вакуумной машине изделие обретает крепость, затем мастер шлифует его и вставляет камни. Конечный этап  – апробирование изделия в Государственной инспекции пробирного надзора.

– Больше всего мне нравится работать с золотом. Это послушный, неприхотливый металл. А серебро хоть и недорогой материал, с ним возникает много проблем. Бывает, сделаешь серебряное украшение, а на нем, откуда ни возьмись, появляются черные оксидные пятна, которые ничем не выведешь,  – говорит Александр Анатольевич.

Его клиенты чаще заказывают золотые украшения: серебряные делать нерентабельно. Сейчас популярны более консервативные, строгие изделия, строгие украшения без завитушек и сложных линий.

Сам Александр Анатольевич любит хорошие наручные часы, а украшения почти не носит. Для себя ему хочется изготовить что-то особенное, необычное, но постоянно не хватает на это времени.

– Раз я сделал себе красивое кольцо  – печатку с бриллиантом, но не прошло недели, как заказчик увидел его у меня на руке и купил. Он долго уговаривал, давал любые деньги. Так и пришлось поддаться: желание клиента  – закон,  – рассказывает мастер.

Основа профессиональных качеств

Первый раз работу ювелира Александр Анатольевич увидел в армии. Часть, в которой он служил, располагалась в местах добычи лазурита. Как-то раз во время увольнения Кузнецов с другом гулял по местному базару и заглянул в лавку с драгоценностями.

– Меня поразил старец-ювелир из этой лавки. У него практически не было оборудования, можно сказать, что украшения он высекал на коленке. Это был пример искусного мастерства,  – вспоминает Александр Анатольевич.

Тогда в армии он и представить не мог, что станет ювелиром. Сосед-железнодорожник часто брал его в рейсы, и по его примеру Кузнецов мечтал стать машинистом. А в итоге, когда вырос, поступил в техникум на инженерную специальность.

– Но с руками у меня всегда все было в порядке, поэтому и ювелирное искусство удалось освоить. Видно, я пошел в деда: он был деревянных дел мастером. Сам для дома делал комоды и буфеты,  – вспоминает Александр Анатольевич.

Работая ювелиром, часто приходится иметь дело с едкими веществами, знать основы химии и физики. Когда в его жизни появилась "ювелирка" (как он ласково называет свою работу), он забыл об охоте и рыбалке, профессия стала для него и работой, и хобби. При этом Кузнецов не останавливается на достигнутом. Он постоянно шлифует свое мастерство, изучает опыт других мастеров, читая учебники и статьи в профессиональных журналах.

– Чтобы стать хорошим ювелиром, нужно освоить несколько школ: восточную и европейскую и заниматься ремеслом с самой юности,  – говорит Александр Анатольевич.  – Я до сих пор жалею, что, живя в Казахстане, упустил возможность изучить восточную технику.

Придание глянца жизни

Сын Александра Анатольевича однажды, придя в мастерскую, сказал: "Папа, ты даришь людям радость!" Пожалуй, лучше и не опишешь смысл труда ювелира, ведь клиенты после посещения мастерской Кузнецова сияют от счастья.

– Украшения скорее влияют не на внешность, а на внутреннее состояние человека,  – говорит Александр Анатольевич.  – Они придают ему уверенность и душевное равновесие. Надев цепочку или кольцо, мы возвышаемся в своих глазах, ощущаем свой статус и исключительность.