Исторические истоки и традиции Рождества Христова

Звенит рождественский простор и в каждом сердце – свет и трепет: родился тот, кто мир простил, кто тьму навек победой встретил. Звезда над Вифлеемом – знак, что к нам сошел небесный пламень; и каждый дом, и каждый шаг – теперь под благостным вниманьем.
Когда декабрьский снег ложится на землю ровно и тихо, словно ангел коснулся ее крылом, когда воздух становится густым от ожидания, а в окнах деревень загораются теплые квадраты света – наступает время, когда Русь вспоминает свое древнее Рождество, а с ним и истоки Крещения. Не просто календарную дату, не только повод для веселья, но тот заветный час, когда мир становится чуть ближе к небу.
Рождество Христово пришло на Русь вместе с Крещением – в конце X века, при князе Владимире Святославиче. Но не как чужеземный обычай, а как преображение уже сложившихся народных ритмов. Христианский праздник органично лег на ткань древних зимних обрядов – и тогда родился удивительный сплав: свет Вифлеемской звезды соединился с русским ощущением святочного круга, где все – от мороза до песни, говорит о тайне рождения мессии.
В сердце данной традиции таится ожидание. Сорок дней длится долгий Рождественский пост – время внутреннего духовного сбора, тишины и подготовки. Это не только воздержание в пище, но и очищение сердца: простить обиды, навести порядок в доме и в мыслях. Так постепенно, день за днем, люди готовятся встречать Ночь Светлую – ту самую, когда «Слово стало плотию» и «живота нам дарова».
Канун Рождества – это Сочельник (от слова «сочиво» – постное блюдо из зерен с медом и маком) как время особого порога. До первой звезды на небе не едят ничего. Семья собирается за столом, покрытым белой скатертью. На углу завсегда лежит пучок сена: память о яслях, где лежал Младенец. Сверху – чистая ткань, как знак чистоты души. На столе лежат двенадцать постных блюд (по числу апостолов), среди них главное – сочиво. Его вкушают первым, медленно, почти молитвенно. В этот миг время словно останавливается: прошлое и будущее сходятся в настоящем.
С появлением первой звезды пост завершается. Начинается Святая вечеря. В дом приносят зажженную свечу – символ Вифлеемского света. Хозяин окропляет углы святой водой, произносит: «Христос рождается!» и домочадцы отвечают: «Славим Его!» Так дом становится малой церковью, а семья – традиционной общиной, встречающей Спасителя.
В ночь с 6 на 7 января наступает время чудес. В старину верили, что именно в эту ночь «отверзаются небеса», и если выйти на двор, то можно услышать, как шепчутся звезды на небе. Вода в колодцах искрится и на миг становится сладкой. А если загадать желание с чистым сердцем, то оно обязательно исполнится. Эти поверья – вовсе не суеверие, а эхо древнего ощущения: в Рождество мир пронизан благодатью, и каждый может прикоснуться к ней.
Но Рождество на Руси – это не только традиция, храм и дом. Это еще и улица, смех, игра, радость, которая льется через край. Начинаются Святки – двенадцать дней от Рождества до Крещения, время колядок, гаданий, плясок и ряжения.
«В XX веке многие традиции ушли в тень, но не исчезли полностью. Они сохранились в сердцах бабушек, в забытых уголках деревень, в старых книгах. Сегодня Рождество возвращается – не как музейный экспонат, а как живое дыхание веры, истории и культуры. Люди снова ставят елку не только как «новогоднюю», но как рождественскую – символ вечной жизни. Снова пекут пряники в форме ангелов. Снова собираются за столом с родными, понимая, что главное – не блюда, а то, что за ними. Любовь, которая сильнее времени.
Так из века в век, из рода в род передается этот свет – тихий, теплый, неугасимый. И когда в морозную ночь над деревней плывет колокольный звон, когда в окне мерцает свеча, когда дети шепчут колядку у чужой двери, то каждому становится ясно: Рождество на Руси – это не прошлое, а наше настоящее. Это обещание, что тьма не победит, что любовь сильнее смерти, что каждый из нас – это часть чего‑то более важного, чем он сам», – поведал Александр Агамов, профессор Ставропольского филиала Президентской академии.