Гравюры, которые 270 лет хранились в запасниках, покажут публике

Впервые за почти три века все 49 гравюр из Елизаветинской Библии покажут не как книжные иллюстрации, а как самостоятельные произведения искусства. Увидеть их можно будет в Москве на выставке в музее имени Андрея Рублёва, которая откроется на территории древнего Спасо-Андроникова монастыря. Посетители впервые получат доступ к графическому циклу, который десятилетиями хранился в закрытых фондах и никогда не выставлялся в полном объёме.

Как рождалась Елизаветинская Библия

Как сообщает корреспондент Информационного агентства МАНГАЗЕЯ, открытие выставки, запланировано на 13 августа 2026 года. Замысел же самой книги уходит корнями в эпоху Петра I, который хотел дать стране точный и красиво оформленный библейский текст. В 1721 году царь создал Святейший Синод - высший церковный орган, заменивший патриарха, - и поручил ему надзор за изданием. К филологической работе подключили выпускников Киево-Могилянской академии, сверявших церковнославянский перевод с греческими оригиналами.

Предыдущие церковнославянские Библии - Острожская 1581 года и Московская 1663 года - обходились без развитого изобразительного ряда. Потребность в новом, выверенном и художественно украшенном издании назрела давно. Но политические потрясения, частые смены власти и нестабильность в стране отодвигали завершение проекта на десятилетия. Только в царствование дочери Петра - императрицы Елизаветы Петровны - работа была окончена. Именно в её честь книга и получила своё название. Первый тираж напечатали в Санкт-Петербурге в 1751 году.

Настоящим новшеством для русского книгопечатания того времени стало включение в фолиант цикла из 49 гравюр исключительно по Ветхому Завету. Их содержание и очерёдность заранее определил Святейший Синод, что подчёркивало государственно-церковный статус проекта. Ни одно изображение не могло попасть на страницы без одобрения высшей церковной инстанции. Этот подход отличался от европейских изданий, где иллюстрации часто заказывали частные издатели. Здесь же всё делалось под строгим контролем.

Сложная техника медной гравюры

Гравюры для Библии создавались в технике резцовой гравюры на меди - одном из самых трудоёмких способов печати изображений. Мастер специальным резцом, который называется штихель, вырезал рисунок на отполированной медной пластине. Ошибка в конце работы часто означала, что пластину приходилось начинать заново.

После того как изображение было готово, пластину покрывали краской, протирали так, чтобы краска оставалась только в прорезанных углублениях, и под большим давлением печатного станка переносили оттиск на влажную бумагу. Для России середины XVIII века эта технология была сравнительно новой, её начали активно осваивать в петровскую эпоху. Тогда в страну приглашали европейских гравёров и создавали первые отечественные мастерские. Освоение резцовой гравюры началось с приезда голландского мастера Адриана Шхонебека, который в 1703 году основал школу при Оружейной палате. Его учениками стали знаменитые впоследствии братья Зубовы. К моменту создания Елизаветинской Библии в России уже трудилось второе поколение гравёров, воспитанных в ней и в Гравировальной палате Академии наук. Они уверенно владели европейскими приёмами, но уже не копировали их, а приспосабливали к запросам русского заказчика - в данном случае Синода.

Авторами гравюр стали два выдающихся мастера: Иван Алексеевич Соколов и Григорий Афанасьевич Качалов. Работали они по рисункам немецкого художника Иоганна Элиаса Гриммеля, которого пригласили в Петербург в 1741 году. Гриммель специализировался на книжной иллюстрации и обучал русских художников рисованию. Его манера сочетала черты позднего барокко и раннего классицизма, что пришлось как нельзя кстати для парадного издания. Стилистически цикл обнаруживает влияние голландской и немецкой гравюры XVII-XVIII веков.

Однако отечественные мастера не просто копировали западные образцы. Они привнесли в изображения собственную манеру, соединив европейскую композиционную школу с отечественной графической традицией. Это было особенно заметно в том, как они трактовали пространство и фигуры. Сочетание повествовательности, свойственной европейской иллюстрации, с более строгим и одухотворённым подходом православного искусства рождало уникальный сплав. Именно это соединение традиций делает цикл таким интересным.

Техника резцовой гравюры требовала не только художественного таланта, но и недюжинной физической выносливости. Мастер работал стоя, согнувшись над медной доской, и каждое движение штихеля должно было быть точным. На создание одной сложной композиции могли уходить недели. После смерти Ивана Соколова его пост руководителя гравировального класса Академии наук занял Григорий Качалов. Он внёс огромный вклад в развитие отечественной картографии и гравюры, создавая батальные сцены и карты для первого академического атласа России. Но работа над библейским циклом осталась одной из вершин его творчества.

Мастера, создавшие иллюстрации

Иоганн Элиас Гриммель приехал в Россию по контракту с Академией наук, обязуясь обучать русских рисовальщиков и гравёров. До этого он работал в Германии, создавая иллюстрации для естественнонаучных и исторических изданий. Его стилистическая манера, в которой барочная динамика сочеталась с классицистической ясностью, идеально подошла для библейского цикла. Контракт с Гриммелем несколько раз продлевали, и за годы работы он подготовил множество учеников, заложив основы систематического преподавания рисунка в российских художественных заведениях. Его рисунки стали той канвой, по которой Соколов и Качалов резали свои гравюры.

Сами мастера - Иван Соколов и Григорий Качалов - были звёздами русской графики того времени. Соколов ранее возглавлял Гравировальную палату, а Качалов позже сменил его на этом посту. Их совместная работа над Елизаветинской Библией стала примером того, как русское искусство осваивает и переосмысливает европейские техники. Плод их труда - 49 гравюр - сегодня признаётся вершиной отечественной печатной графики XVIII столетия.

Редкие книги и карта Святой Земли

На выставке представят несколько редких экземпляров Елизаветинской Библии, выпущенных в 1756, 1757 и 1784 годах. Каждый из них имеет свои особенности - от качества оттисков до вида переплёта. Дело в том, что гравюры печатали с одних и тех же медных досок, которые за тридцать лет использования начинали изнашиваться. Поэтому в поздних изданиях тонкость штриха немного уступает ранним оттискам. Переплёты тоже эволюционировали: роскошная кожа с золотым тиснением середины века постепенно уступала место более скромным и утилитарным вариантам. Эта эволюция позволяет проследить, как менялось отношение к книге - от парадного фолианта до более доступного издания.

Помимо самих книг, в экспозиции покажут гравированную карту Обетованной и Святой Земли. В 1760-х годах Святейший Синод официально разрешил продавать её в комплекте с Библией. Это превращало фолиант в своеобразный учебник: читатель мог наглядно увидеть маршруты странствий патриархов и путь Исхода. Для большинства верующих, которые не имели возможности совершить паломничество на Ближний Восток, такая карта делала священную историю почти осязаемой.

Такие изображения были широко распространены в европейской библейской традиции XVII-XVIII веков и служили важным просветительским инструментом. В России же карта в составе церковного издания стала новшеством, отражавшим стремление Синода не просто издать текст, но и помочь его пониманию. Изображение земель с указанием границ двенадцати колен Израилевых соединяло вероучение с реальной географией. Это было смелым решением для своего времени. Сейчас мы воспринимаем такую врезку как нечто само собой разумеющееся, но тогда она делала книгу гораздо более современной.

Все эти предметы редко покидают фонды крупнейших собраний. Государственный Исторический музей, музей-заповедник и Российская государственная библиотека предоставили свои экспонаты для временной экспозиции. Благодаря объединению ресурсов зрители увидят то, что обычно доступно лишь исследователям в читальных залах.

Значение выставки для зрителей и науки

Экспозицию дополнят произведения русской иконописи и западноевропейской графики XVII-XVIII веков, чтобы показать иконографические параллели. Такое соседство позволяет сравнить, как одни и те же ветхозаветные события трактовались в православных образах и в европейской гравюре. Иконопись подчинялась богословскому замыслу, а европейская иллюстрация тяготела к повествовательности и натурализму. Гравюры Елизаветинской Библии возникли как раз на перекрёстке этих двух художественных языков. Зритель сможет своими глазами увидеть, как русские мастера перерабатывали западные влияния, создавая собственный стиль.

Подавляющее большинство предметов музей демонстрирует впервые, что делает проект значимым для науки. Куратором выступает Н. В. Герасимова, заведующая сектором рукописной и старопечатной книги. Она подготовила культурно-просветительную программу с лекциями, экскурсиями и тематическими встречами. Это позволит не только увидеть раритеты, но и глубже понять историю русского книгопечатания и искусство гравюры.

Елизаветинская Библия остаётся основным церковнославянским текстом Священного Писания в богослужебной практике Русской православной церкви до сих пор. Её гравированный цикл - памятник графического искусства, зафиксировавший переход от средневековых форм книжной культуры к новоевропейским. Впервые зритель может оценить его вне переплёта, как самостоятельное художественное явление. Тот факт, что это светское по духу исполнения издание, созданное под контролем Синода, демонстрируется в стенах монастыря, где некогда жил и работал Андрей Рублёв, наглядно показывает непрерывность русской книжной традиции от рукописей к печатному станку. Выставка открывает доступ к материалам, которые раньше были уделом узких специалистов. Теперь же любой посетитель, даже далёкий от религиозной тематики, сможет восхититься мастерством гравёров. Это ещё один шаг к тому, чтобы сделать наследие XVIII века живым и доступным.