Распахнуть свое сердце Ему

В предпасхальные дни мы твердо — кто осознанно, а кто на ощупь — шли путем Христа. Последней Его дорогой — до скорбного креста на горе и Воскресения. Дома держали пост, в церкви повторяли за священником слова Евангелия, и они отдавались в сердце, как те, Его тяжелые шаги на Голгофу...

И будет таинственная ночь, томительная и долгая. А в ней — особенный момент: когда от алтаря в темноте храма (огни гасят в эти минуты) тихо, словно издалека, из глубины веков начинают возникать слова сугубой молитвы — все громче и громче, все тверже и величественнее: "Воскресение Твое, Христе Спасе, Ангели поют на небесех, и нас на земли сподоби чистым сердцем Тебе славити". Кажется, это самая волнующая, до слезы, минута. Это ожидание и эта торжественность — они вокруг, в каждой клеточке соборного действия и на лицах строгих монахов с хоругвями, ставших в проходе… А потом на звоннице забьются в радости колокола. И дьякон по-мальчишески, звонко и радостно, закричит с паперти главные слова: "Христос воскресе!" И многие миллионы по всему свету в ту же секунду откликнутся: "Воистину воскресе!"

Потечет с паперти широкая людская река. Верующие будут спешить за хоругвями и иконами, прикрывая от ветра ладонями свечи. Крестный ход, совершаемый в пасхальную ночь, — это шествие Церкви навстречу воскресшему Спасителю. И, обойдя храм, перед распахнутыми вратами, снова закричат дьяконы радостное "Христос воскресе!" И торжественная ночь отзовется — "Воистину воскресе!"

Он воскрес, говорит наше сердце, — значит, воскресну и я. Но одних слов мало. Нужно позаботиться, чтобы воскреснуть не для суда и осуждения, а для жизни вечной. Он сделал для нас все. Абсолютно все. Ценою мук и собственной крови. Дело теперь за каждым из нас. Ведь всемогущий Господь одного только не может — заставить любить Себя. Это — дело выбора каждого.

Из всех тайн Божиих самая важная именно эта — тайна Воскресения Христа. Но она, как учит Церковь, познается верным и любящим сердцем. Две тысячи лет назад мир пошел дорогой христианства. И в свое время Русь тоже встала на этот путь. А начинался он с чуда. Но без веры в это чудо, в чудо Воскресения нельзя спастись никому.

С этой верой и жила Россия. А Пасха — это когда все люди становятся друг другу братьями, когда славное слово "христосоваться" означает не просто дежурный поцелуй в щеку. Как понять, как охватить это и принять в сердце? Я хотел бы взять в помощники Гоголя. Вот как он чувствовал праздник: "Нет, не в видимых знаках дело, не в патриотических возгласах и не в поцелуе, данном инвалиду, но в том, чтобы в самом деле взглянуть в этот день на человека, как на лучшую свою драгоценность, — так обнять его и прижать его к себе, как наироднейшего своего брата, так ему обрадоваться, как бы своему наилучшему другу. День этот и есть тот святой день, в который празднует святое, небесное свое братство все человечество до единого, не исключив из него ни одного человека".