В Сахалинском театре кукол состоялась премьера спектакля "Танабата"

Афиша театра кукол пополнилась новым спектаклем для взрослых. У художественного руководителя театра кукол Антонины Добролюбовой эта идея вызревала давно: перенести на подмостки популярную японскую легенду о влюбленной паре, Небесной Ткачихе и Небесном Пастухе. В память о них в Японии ежегодно, 7 июля (единственный день в году, когда влюбленным дозволено встречаться), отмечается танабата — "звездный фестиваль", праздник искусств. У японских коллег замысел сахалинского театра вызвал живейший интерес, поскольку доселе танабата, всенародная любимица, не становилась предметом театрального события. Не последнюю роль сыграл искус первопроходца: оттолкнувшись от легкого контура мифа, преподаватель основ драматургии и сценарного дела Сахалинского колледжа искусств Елена Андрианова написала полновесную пьесу, жанр которой вернее всего определить как "поэзия в прозе". Пьеса получила одобрение на родине легенды и уже переведена на японский язык. Для создания спектакля была привлечена команда единомышленников: сценография принадлежит театральной художнице-сказочнице с большим стажем Елене Приискиной, художник по свету Дмитрий Радченко здесь практически соавтор режиссера, а куклы, соперничающие с человеком, созданы художницей Ольгой Сидоренко. Вечерний спектакль по мотивам прекрасной легенды о любви А.Добролюбовой решен "ночным" — в пространстве "черного кабинета", техникой которого в театре мастерски владеют и выигрышно применяют. В "Танабате" кукольники взлетели подлинно до небес обетованных, обжили звезды и волшебные сады. Куклы с тонкими, живыми лицами рассказывают о земных страстях богов — о любви молодых (Орихимэ и Хикабоси), о власти и долге мудрых (богиня Солнца Аматэрасу) и кознях злодеев (бог Луны Цукиёми). Сахалинская постановка вышла за рамки истории влюбленных, разлученных злой волей: здесь вплетаются мотивы верности долгу, где боги поступаются чувством ради служения людям. Этот вечный сюжет понятен без перевода и являет истинное удовольствие для глаз, поскольку облачен в роскошные "одежды" из игры теней, мерцанья звезд и сполохов огня, ароматов цветущей сакуры и вздохов сямисэна — из всего того, что существует лишь мгновение, но помнится вечно. При этом изысканная, воздушная ткань спектакля произросла из сложнейшего замысла, озадачившего весь коллектив (по постановке звука, света, костюмам, бутафории и др.). В нем задействована вся труппа. Куклы тяжелы, но их приходится держать на весу, и каждую куклу оживляют три актера. Большая часть актеров в нем существует в ролях невидимок-ниндзя, подчеркивая, что куклы — первые и главные в этом доме. Но это тот случай, когда кукольник успешно переигрывает драматического артиста — одним лишь "закадровым" словом, взрывающим порой медитативное течение действа, а то и много значащим безмолвием: Марина Маковецкая, Элистин Михайлов, Анастасия Котова… А роль нежной и верной Орихимэ стала для театра радостным открытием талантливой, умной актрисы Любови Кузнецовой, и такого счастливого совпадения обстоятельств можно только пожелать каждому из ее коллег. "Мы снова сделали волшебную сказку", — сказала Антонина Добролюбова. Пафосные для кого-то эти слова — прекрасная обыденность и долговременная стратегия жизни кукольников. В сентябре Сахалинский театр кукол планирует принять участие в фестивале русской культуры на Хоккайдо.
Марина Ильина. ИА Sakh.com