О формировании правительством национальной экосистемы искусственного интеллекта

Суть новых требований, которые предъявляет правительство Российской Федерации к моделям искусственного интеллекта сводится к одному ключевому принципу: контроль над моделью должен принадлежать российскому разработчику. Согласно проекту постановления правительства, которое готовит Минцифры, для получения статуса национальной модели российскому юридическому лицу необходимо обладать исключительными правами на целый ряд критически важных компонентов. В этот перечень входят обучаемые параметры, архитектура модели (включая топологию нейросети и конфигурационные файлы), исходный программный код, используемый как для обучения, так и для эксплуатации, а также «конфигурация контекстного окна».

Иными словами, разработчик должен иметь полный доступ к «внутренностям» нейросети, чтобы иметь возможность самостоятельно её воспроизводить, дообучать, исправлять ошибки и запускать на собственной инфраструктуре. При этом использование отдельных open-source компонентов или решений сторонних разработчиков не запрещается, что и отличает национальную модель от суверенной, которая должна быть полностью отечественной.

Самая обсуждаемая деталь новых критериев - их недоступность для подавляющего большинства игроков рынка. Эксперты единодушны: достичь полной «отечественности» во всех перечисленных параметрах с нуля - задача крайне сложная, дорогая и долгая. По оценкам участников рынка, около 90% российских ИИ-стартапов и компаний, которые создают продукты на основе открытого исходного кода, просто не смогут претендовать на национальный статус.

Фактически, новые правила консолидируют рынок в руках крупных экосистемных игроков - таких как «Яндекс» с YandexGPT и «Сбер» с GigaChat. Именно они обладают ресурсами и компетенциями, чтобы соответствовать всем требованиям. Для остальных же путь к статусу национальной модели будет если не закрыт, то крайне затруднён.

Справедливости ради стоит отметить, что статус национальной модели рассматривается прежде всего как инструмент для работы с государственными данными и участия в крупных госконтрактах. Остальные разработчики смогут продолжить создавать отраслевые и узкоспециализированные ИИ-решения, просто без соответствующих преференций. Тем не менее, возникает резонный вопрос: не приведёт ли такая политика к застою в инновационном секторе, где стартапы традиционно являются драйверами прогресса?

Параллельно с определением критериев власти в диалоге с бизнесом выбрали первые отрасли для приоритетного внедрения суверенных и национальных ИИ-моделей. Ими стали образование и предоставление государственных услуг. Это логичный выбор: именно в этих сферах использование ИИ может дать наиболее ощутимый социально-экономический эффект, а контроль над технологиями имеет особое значение с точки зрения безопасности и суверенитета.

Важно понимать, что появление национальных ИИ-моделей - лишь часть глобальной тенденции. Китай, США и другие технологические державы уже давно рассматривают ИИ как вопрос национальной безопасности и стратегического преимущества. Россия, принимая свой первый закон об ИИ и вводя категории суверенных и национальных моделей, встраивается в этот общемировой тренд, делая ставку на технологическую независимость.

«Решение властей определить критерии для национальных ИИ-моделей - важный и своевременный шаг. Он создаёт правовую основу для развития отечественного ИИ, обеспечивает технологический суверенитет и открывает доступ к государственным ресурсам для тех, кто готов соответствовать высоким стандартам. Однако этот шаг несёт в себе и риски: концентрация рынка в руках нескольких крупных игроков может затормозить инновации и лишить отрасль свежих идей, которые традиционно рождаются в стартапах. Задача регулятора - найти баланс между стремлением к контролю и необходимостью сохранять конкурентную среду, где у каждого талантливого разработчика есть шанс на успех», - комментирует эксперт Ставропольского филиала Президентской академии Александр Калашников.